В том, что война неизбежна, Маннергейм давно не сомневал­ся. Его в эти предвоенные месяцы, естественно, беспокоила судьба дочерей: Анастасия — в Лондоне, в относительной безопасности, но Софи живет в Париже. Поскольку маршал понимает, что Фран­ция неизбежно окажется в эпицентре новой войны, он хочет, чтобы Софи, как когда-то, во времена Первой мировой, приехала к нему — больше он ничего не может сделать для нее.

 

Г. Маннергейм — дочери С. Маннергейм 16 апреля 1939 г.

Дорогая Софи.

Одновременно с благодарностью за твое письмо от 27.3. хочу спешно послать Тебе эти строки.

Все убеждает нас, что война неизбежна и что она может раз­разиться в любой момент без объявления. Поэтому разумно при­нять — не медля ни дня — все возможные меры, чтобы избежать всего, что может в военное время вызвать неприятности и трудно­сти. Незначительное дело г^А^неполные документы или что угодно, что в мирное время легко привести в порядок, — во время войны или даже мобилизации может создать непобедимые трудности. Любой иностранец в принципе подозрителен, и просто необдуманное слово или иногда совершенная ерунда могут вызвать большие сложности и даже опасную ситуацию. Устройство денежных дел моментально становится затруднительным, а перевод денег иногда, и даже чаще всего — невозможным. Стоимость денег меняется с минуты на ми­нуту, угроза войны может в несколько мгновений обесценить валюту маленькой — такой например, как наша — страны.

Поэтому скажу, что в водовороте событий Ты можешь по­лучать твой пенсион очень нерегулярно и даже, весьма возмож­но, остаться целиком без него. Я с этим ничего не могу поделать, поскольку не имею других доходов, кроме тех, что получаю здесь, и у меня нет капиталов за границей.

Во время нашей войны наши деньги имели ценность у нас, но за границей их не принимали вообще.

Вот к чему, стало быть, нужно быть готовым и потому уже сейчас принимать меры.

Ты должна срочно продать квартиру и вернуться домой через Антверпен, чтобы ты могла взять с собой своих собак. Единствен-