В октябре 1867 года в Ситку приехал первый налоговый инспектор - Вильям Додж. Он насчи­тал в городе 1200 человек. «Население - русские, немцы, шведы, - миролюбивые и законопослуш­ные, ссоры им почти неизвестны, как, похоже, и законы санитарии. Не существует критерия, что­бы сравнить население Аляски с населением ве­ликой Русской империи, потому что большинст­во поселенцев тут были преступники и осуждён­ные.

Жили в основном поддержкой РАК, которая поставляла солёную рыбу, чёрный хлеб, водку - русский ром, конфеты, горючее и обеспечивала жильём. Местная кузница, лесопильная фабрика, сапожные и швейные мастерские целиком удов­летворяли все нужды. Деньги - маленькие кусоч­ки кожи с печатью и ещё одна большая медная монетка - копейка. Цены на мясо и овощи регу­лировали российские чиновники. Индейцы снабжали рынок рыбой, картошкой, олениной и дичиной. Оленя можно было купить за 50 цен­тов, большого лосося - за 10 центов» (GFT, Nov. 1885). Вообще, - изумлялся летом 1867 года ре­портёр из Калифорнии, - «цены на всё жизненно необходимое чрезвычайно низки.».

Эти времена закончились.

В октябре 1867 года цены резко прыгнули вверх. На продукты - в два, в пять и даже десять раз по сравнению с прошлым годом. Если год назад, в 1866-м, среднего по размеру оленя мож­но было купить на базаре за 1 доллар, то 25 октя­бря 1867 года, на том же базаре, - за 5,5 долла­ров. В зависимости от веса, цена оленя колеба­лась теперь от 2,5 до 9 долларов, за фунт (чуть меньше полкило) - 5 центов. Цена за дюжину уток возросла от 75 центов до 3 долларов. За 100 штук лосося в 1866 году просили 40 центов, в ок­тябре 1867-го - 3 доллара, но всё равно невоз­можно было купить, не сезон. Корзинка клюквы подорожала от 1 до 3,5 долларов. Пара гусей - от 25 центов до 2 долларов.

5 ноября 1867 года в Ситке прошёл второй ба­зар. Оленей продавали уже за 10 долларов или за две фляги виски. «Русские, не пропустив ещё че­рез свои головы наши законы и регуляции, ис­пользовали виски как денежную единицу», - съябедничал один из приезжих.

«Волна эмиграции» в Ситку росла, взвивались и цены. В конце ноября 1867 года в городе находи­лось уже свыше 800 американцев. За одну рыби­ну или одну куропатку теперь нужно было отдать 25 центов. Корреспондент «The British Colonist» написал, что День благодарения праздновали лишь военные - «мы ж не имели настроения, да и не могли нигде достать индюшек».

Пытаясь контролировать ситуацию, команду­ющий Военным дистриктом Аляски генерал Дж. Дэвис решился установить фиксированные це­ны на базаре. Тогда начался натурообмен: виски и ром - на рыбу и дичь. 3 декабря 1867 года гене­рал Дэвис дал приказ американцам рассчиты­ваться только деньгами, а русские и дальше рас­плачивались ромом.

Продажа индейцам спиртного и расчёты с ними алкоголем были запрещены. Торговля с
индейцами, распорядился генерал Дэвис, может вестись только на базаре, от рассвета до захода солнца, 6 дней в неделю, больше нигде.

Цены на жильё стали фантастические. За уст­роенную на лодке «избёнку» запрашивали 10 ты­сяч долларов. Осенью 1867 года там побывал Ф. Вимпер: «Ситка в руках Российской компа­нии и Ситка в руках новых владельцев - две раз­ные вещи... Городские земельные «лоты» стоят сказочных денег, за маленький лог-хауз просят 10 000 долларов (это две тысячи фунтов), и я не был удивлён, когда услышал, что лосось идёт по полдоллара за фунт.»

Купить говядину, свинину или баранину было невозможно. В конце октября 1867 года на всю округу было 17 коров, принадлежащих РАК, да ещё три коровы, привезённые американскими офицерами. Также было ещё 117 овечек - все на питание американских войск зимой. Русские, - писала «Daily Alta California» 23 ноября 1867 года, - за исключением семьи губернатора, не потреб­ляют другого мяса, кроме солёной говядины с Балтийского побережья. Вся масса россиян и креолов живёт на рыбе и хлебе, иногда у них дичь. Американцы, выезжая из Ситки, рассказы­вали, что сидели там на тюремном пайке...

Армия рассчитала по неделям привезённую с собой провизию, со своими пайками прибывали из Штатов и рудокопы. Капитан Говард с куттера «Lincoln» вернулся из Ситки в Сан-Франциско 18 ноября 1867 года и доложил, что армии хватит запасов только на 6 месяцев, и хоть пока разгово­ры о голоде преждевременны, Ситка, видимо, бу­дет покинута - бухта очень бедна. Разговоры о предстоящем голоде дошли до города Вашингто­на. В январе 1868 года генерал Бенджамин Бат­лер выразил в Палате представителей свои сим­патии войскам на Аляске, которые «терпят боль­шие страдания от холода и голода».