За мечтой

Стоял Дом.
Этажей семь.
С жильцами.
И одинокие попадались. И целые семьи с бабушками, внуками, кошками, собаками и хомячками. Дом как дом: с консьержкой, балконами, гостями и добрым участковым Никанором Петровичем.

 

На балконах сушилось бельё, в комнатах — кровати, шифоньеры, трюмо всякие, в прихожих — вешалки с пальто, санки, велосипеды… В комнатах — родители ругают-ся, мирятся, целуются, дети плачут, смеются, играют, спят, бабушки ворчат и тапками шаркают, кошки мяукают, собаки лают…

Дом как дом. Обычный дом на фундаменте.

Может, под фундаментом и были какие ноги, но только если подогнутые и со сто- роны не видны. Фундамент как фундамент.

Дом стоял на Большой Улице.
Может, и на Тверской.
По улице круглые сутки шли пешеходы, неслись машины с мигалками и без мигалок, ехали автобусы — бурлила жизнь!
«Куда же они все едут?» — размышлял Дом. И ему так хотелось хоть одним глазком увидеть — куда…
А как? Дом стоял стоймя и только таращился. С одной стороны был виден кусок сквера: мамаши с колясками, дети в песочнице, пенсионеры на скамейках в шахматы режутся, птички на ветках… Два других бока упирались в соседние дома.

А фасад смотрел на ту самую улицу… Может, и на Тверскую.
Немало, конечно, но изо дня в день одно и то же…
Дому не хватало впечатлений!
Поэтому и выглядел Дом осунувшимся, и фасад — бледный.
А к осени, как назло, через дорогу открылась туристическая фирма. С вывеской.

На вывеске крупно: «Весь мир перед вами», — и помельче: «Путешествуй с нами за мечтой». И рядом — отпечаток ноги на земном шаре.

«Как это?..» — подумал Дом. Встал и пошёл.

Вот тут и выяснилось, что под фундаментом у Дома ноги-то были: тридцать семь прекрасных крепких ног в туристических ботинках — синих, трекинговых (стоят, кстати, немерено…)

Сначала Дом в разминку пошёл, не быстро, под горку к Красной Кирпичной Стене с башенками. Потом крутанул налево, направо, вниз, вниз — и к реке.

И так вперевалочку по течению реки и вышел за город.

Некоторые по пути спрашивали: куда? Дом только пожимал плечами: похоже, и сам не знал.

Жильцы поначалу расстраивались.

Ну представь себе! Приехал ты, скажем, с работы: из банка, там, или Государствен- ной Думы, или ещё откуда… А Дома — нет!

Дети из школы вернулись — пусто!

И Дом-то был элитный, такой весь из себя! За кованой оградой, со шлагбаумом и с мемориальными досками! И даже консьержка Зульфия с золотыми зубами — и та блондинка. Вот такой это был дом: дом образцовой культуры и быта.

И люди в доме жили непростые, не всякие там, и очень гордились своим местом жительства. В этом городе так принято. И если ты, к примеру, из Бебякино или Северного Злобина — с тобой и говорить не будут. А с жильцами этого дома все даже очень предпочитали!

И вот вернулись жильцы — кто откуда, — а Дома нет! Вместо Дома, что называется, новое пятно застройки.
И уже и строят.
В этом городе это по-быстрому: уже два этажа построили.

Жильцы повздыхали и поехали искать свой Дом. И там, и сям — обыскались! А Дом уже за МКАДом. Некоторые, пока не поздно, побежали обменивать свою квартиру в Доме на две распашонки в Новомосине или, прости господи, Южном Брутове. А дру- гие решили: «А чего?.. И неплохо!..» — и перешли на временные работы. Дом-то поутру дальше пошёл.

Вот остановится Дом в новом городке, и те по-быстрому и устроятся: мэрами, дворни- ками, управляющими консервного завода или в бюро ритуальных услуг — как выйдет.

А пенсионерам и детям вообще отлично!
У одних каждый день новая школа, у других — новая поликлиника!
Одних переучивают, других перелечивают.
Красота!
Жильцам Дома даже штамп специальный в паспорт поставили. Там, где у других место прописки, у этих — направление. Как на маршрутке: «Метро Юго-Западная — Внуково».

Ну, к примеру!
И всё!
Так потихоньку Дом дошёл до границы.